Клип для A$AP Rocky, NFT, VR и будущее индустрии: интервью с Давидом Бинтсене из команды Post Tribe

10.05.2022, 19:53

TNTMUSIC.RU направляет свет на другую сторону съёмочной площадки. Мы поговорили с Давидом Бинтсене — основателем компании Post Tribe, зарекомендовавшей себя на международном рынке видеопродакшена. Создатель музыкальных вижуалов и рекламного контента подробно ответил на вопросы о специфике своего бизнеса и его туманных перспективах, работе с Morgenshtern (признан в РФ иностранным агентом), A$AP Rocky и ТНТ MUSIC, а также о постановке шоу на Coachella. Также креатор затронул темы неминуемого развития метавселенных, NFT, проблем экологии и онлайн-концертов.

Давид Бинтсене​Фото: Евгений Гребенников
Давид Бинтсене
​Фото: Евгений Гребенников

Давид, в чём заключаются твои обязанности как продюсера Post Tribe? 

В основном я head of production. Выполняю две функции: хэда и режиссёра. Когда приходят какие-то запросы на режиссуру, я беру свою команду Post Tribe в сфере графики и арт-дирекшена. Помимо этого мы выполняем функции агентства. То есть занимаемся созданием креатива, VFX-моушена и метаисторий, за которые мы сейчас активно взялись. Мы производим продукт в четырёх направлениях: начиная от рекламы и заканчивая документальными проектами.

Обязательно ли твоё присутствие на съёмочной площадке или в офисе?

Всё зависит от процесса. Иногда присутствую, иногда нет. В нашем штате в основном дистанционные работники, поскольку наш продукт — это пиксели либо коммуникации, выраженные в пикселях. Есть ребята, которые работают на Бали, в Шри-Ланке, Питере и Узбекистане.

Какое примерное количество сотрудников?

Постоянно: человек 20 в штате. Ещё мы обращаемся к фрилансерам, когда не хватает компетенции или ресурсов. Чаще всего это исполнители линейных задач. Например, симуляция или анимация. Но креатив мы формируем сами. Бывает, что клиент приходит с готовым проектом, но мы ему предлагаем арт-дирекшен.

В каком виде обычно приходят брифы от музыкальных заказчиков? Обычно идеи для клипа полностью отсутствуют, и вы вместе пытаетесь что-то нащупать?

Это зависит от артиста. В последнее время у заказчиков бывают какие-то свои идеи, но, опять же, есть такие, у кого отсутствует визуальное восприятие. Просто потому, что они музыканты, которые чувствуют телом и звуком. А есть визуальщики, которые приходят уже с готовым сценарием, и тогда мы даём какую-то консультацию по бюджетам. Что лучше убрать или каким методом снять. Такая математика с перекладыванием креатива в денежные единицы. 

Мы любим, когда сотрудничество происходит в синергии. Когда у артиста есть инспирация, и мы с креативным департаментом берём музыку и основную идею заказчика, придумываем историю или аудиовизуальный образ, делаем раскадровку и так далее.

А как заказчику не стоит оформлять бриф? Что может сильно затруднить сотрудничество? 

На раннем этапе сотрудничество затрудняет то, когда люди не называют бюджет. Потому что изначально он всегда есть, надо просто посчитать. Когда мы считаем и говорим, сколько это будет стоить, в ответ звучит: «Дорого». Ты спрашиваешь: «Сколько у вас тогда есть?» Либо скажи, сколько бы ты готов был потратить: минимум и максимум. Понятное дело, что это психология торга, но это отнимает время. Вообще, мы выстроили такую систему, что уже на этапе препродакшена отказываемся от проектов, когда нам кажется, что что-то не так. 

Ещё самое важное — не мешать режиссёру и арт-директору. Я считаю, что артист должен договориться «на берегу»… Хорошее интервью было с Ладо Кватания. Он там очень грамотные вещи проговорил. «Когда вы приходите к врачу, как вы можете помочь врачу? Соблюдая рецепт». Если вам не нравится этот врач, вы идёте к другому врачу. Когда вы хотите сделать серьёзное и фундаментальное высказывание, не мешайте этим людям транслировать свой взгляд.

Пусть тебе не нравится, ты поживи с этим. Может, со временем понравится. В этом конфликте может быть какой-то интерес. Либо ищи такого режиссёра, чьи работы тебе нравятся, и просто доверься, и не влезай. Либо бери и режиссируй сам, как это делает A$AP Rocky, а продакшен помогает тебе уже технически.


Что насчёт творческих ограничений?

Ну, вот мы делали клип A$AP Rocky и Nas. Кстати, участвовали даже в препродакшене… Там работал VFX студии MADNOMAD, и они заранее спрашивали у нас, как мы хотим и как лучше. Изначально они видели Nas, читающего прямиком с пластинки, что сначала показалось странным, но в итоге мы обменялись несколькими готовыми вариантами, из которых они выбирали лучший. В общем, парни консультировались, потому что у них не было много времени. Допустим, они не могли снять сцену в павильоне, так как у артистов загруженность высокая, поэтому им приходилось снимать только на улице. Из-за этого Post Tribe попросили сделать симуляцию толпы.

У вас не так давно началось западное сотрудничество?

Давно на самом деле. Мы делали рекламные ролики для топовых спортивных брендов, а потом клип для Gallant и Brandy ― это очень крутые соул-артисты в Америке. Post Tribe целиком спродюсировал их видео «Dynamite». Мы рисовали извергающийся в Лос-Анджелесе вулкан, полицейские машины, летающие вертолёты. Опять же, оптимизировали процесс…

Отдельная сложность была в том, что клип весь снимался в LA, а не в павильоне на зелёнке. Из-за того, что не было готовых HDRi-макетов, мы взяли эти карты с Google Maps и долго-долго скоупили [компоновали кадры — прим. ред.]. Не всё получилось идеально (они привлекали команду со стороны), но это был наш первый опыт, после которого мы поняли, что нам нужно усиливать часть с компоузом. Тем не менее мы были очень рады результату. Потом к нам обратились разные продакшены, и тогда мы потихоньку начали работать с другими иностранными артистами.

Насколько отличается механика сотрудничества с российскими артистами и западными?

Если речь о фулл-продакшене, то там в целом устоявшаяся индустрия. Ценообразование понятное, всё понятное. С другой стороны я чувствую, что там есть небольшой кризис идей. Хотя они сейчас обновляются за счёт прилива новых мозгов со всего мира. Но всё равно, сейчас это есть везде, и в России тоже. 

А отличия с точки зрения подхода ― самый важный момент. У нас был не очень удачный опыт, когда мы делали артисту графику, ему не нравилось, но его команда платила деньги и даже потом возвращалась. Если же в России твоя работа не понравится, то с тобой просто перестанут работать и даже обидятся. А там люди понимают, что это тяжёлый процесс. Арт-директор может быть не в духе или артист не может объяснить, что нужно. Однажды для одного зарубежного музыканта мы сделали очень много вариантов графики, он от всех отказался, но негативного фидбека мы не получили. 

А ещё когда ты говоришь, что работа стоит дорого, то артисты либо отказываются, либо доплачивают. Отечественные исполнители в таких ситуациях пытаются из тебя выжать максимум. Не только они, но и вся коммерческая индустрия в целом так устроена здесь. Ты говоришь: «Ребята, это стоит денег». Они: «Тогда проекта не будет». Каждая правка должна стоить денег, это нормальная история. Это как если проложить маршрут в такси и выбрать эконом за 1000 рублей, а потом поменять на бизнес-класс, который стоит 5000 рублей. А ещё я могу поменять точки на карте и получить предложения либо дешевле, либо дороже. Это работает в две стороны. 

Но не все артисты такие. Есть хорошие, которые по-настоящему понимают. Мы вот работали с Little Big, и они достаточно понимающие ребята. Ещё «Чикен Карри» понимают ценообразование.

А если говорить об элементарном качестве коммуникации и переписки, стало ли лучше?

Это очень индивидуально, но в последнее время всё хорошо было. Хотелось бы отметить Warner Music. Очень качественные ребята, хорошая команда, знают, чего хотят. Всё идеально прошло. Как правило, больше всего проблем — с инди-артистами. Потому что некоторые из них воспринимают неудачу как негативное отношение режиссёра к ним. У меня был кейс, когда я участвовал в качестве режиссёра: мы продали идею, продюсер сказал «да», но денег в итоге нам не хватило. Не потому, что мы снимать не умеем, а так получилось… Клиент в итоге получает не то, что оговаривалось изначально, и тогда он говорит: «Переделывайте». И ты думаешь, кого винить, кто виноват. По идее ― тот, кто считал бюджет. Но поскольку тут своя специфика, ты такой: «Блин, надо переделывать». 

Однажды я ради интереса попробовал посудиться, чтобы понять, как это работает. На тот случай, когда будут задействованы большие деньги и придётся с кем-то повыяснить отношения. И, как правило, система работает. Но очень долго! Ты можешь год судиться, с апелляцией. Это не выгодно с точки зрения нервов, но если у тебя обороты большие, то без разницы.

​Фото: Евгений Гребенников
​Фото: Евгений Гребенников

Хорошо. Тогда какие минусы работы с западными клиентами?

Лично нам не хватает творческого процесса и большего вовлечения в препродакшен. Мы хотели бы больше предлагать и брать на себя больше ответственности. В остальном всё прекрасно.

Ремесленничество получается такое.

Наверное, да. Хотелось бы предлагать какие-то идеи, реализовывать более сложные проекты. К этому должно всё прийти, ведь российский рынок им выгоден. 

Только-только в США прошёл фестиваль Coachella, где Post Tribe участвовал в создании визуального шоу для артистов лейбла 88rising — Bibi, Milli, Warren Hue. Каким образом это сотрудничество состоялось?

Мы начинали работать с менеджером 88rising в коммерческой сфере, делали для них рекламные ролики. Тогда это был простой компоуз [создание одной целостной композиции из частей других — прим. ред.] и ротоскоп [чистка изображения — прим. ред.], после чего нам предложили проект поинтереснее и покрупнее — видеоарт на Coachella для их артистов.

В целом это была стандартная работа. Мы смоделировали сцену на отлично подготовленный креатив лейбла, что прям стоить отметить отдельно. Я видел разные презентации, но настолько хорошие — нет. На уровне годовых отчётов больших компаний: детально просчитанные размеры сцен, чёткое видение и понимание по всем направлениям. Если что-то у нас не получилось выполнить в срок, они всегда шли навстречу и упрощали первоначальный запрос. И всё равно получилось приятно и красиво, мы очень довольны и результатом, и коммуникацией. Плюс круто получать фидбэк, когда нашу работу видит огромное количество людей, когда она транслируется на весь мир в YouTube и когда про неё пишет Billboard.  

С какими музыкантами было интереснее и приятнее всего сотрудничать? Скорее всего, это должно выражаться количеством совместных продукций… 

Со всеми нормально работать. Я одно время рефлексировал, когда получал неудачный опыт, но сейчас понял, что это надо проживать и не париться. Нужно больше стоицизма в это вовлекать. Мы работали раньше с лейблом Velvet Music, которые делают шоу-бизнес в таком классическом понимании, но при этом у них есть вкус. Звонкий — хороший артист. Никаких негативных моментов не было. Вроде, чувак с радио, но во всём, что он скидывал на оценку, я всегда находил что-то хорошее. Никогда не было западло работать с ним. Андрей стильный и приятный артист.

Предупреждаем: видео содержит сцены курения и не рекомендуется к просмотру лицам младше 18 лет.


Много работал с Элджеем и Моргенштерном (признан в РФ иностранным агентом). С ними было трудно на препродакшене, но если чётко ударяешь по рукам, то в целом всё в кайф. Денег выделяют столько, сколько надо. Можно сказать, практически не считая.

Кстати, перед съёмкой клипа «Lollipop», помню, Элджей и Morgenshtern (признан в РФ иностранным агентом) поссорились из-за того, что не поделили что-то после успеха сингла «Cadillac». Не знаю, насколько это был раздутый конфликт, но это как-то отразилось на атмосфере?

Да нет, вообще кайф. Они клёво общались, поехали потом тусоваться и звали меня. Я тогда отказался, потому что сразу пошёл монтировать клип. Мне кажется, людей всё равно объединяет совместный успех. Если они добились чего-то вместе, у них бывает ностальгия по прошлым временам, даже если они поссорились.  

Насколько реальные Элджей и Morgenshtern (признан в РФ иностранным агентом) отличаются от своих образов? 

Я с ними настолько близко не общаюсь, чтобы ответить на этот вопрос. Но со стороны кажется, что в целом есть что-то от образа. Я пришёл к мысли, что в любом случае всё то, что ты ретранслируешь, является частью тебя. 

Считаешь, законы постмодерна не действуют в реальной жизни?

Мне кажется, что мозг человека так устроен, что информацию, полученную воочию или через изображение, он воспринимает примерно одинаково. Поэтому ретрансляция очень сильно воздействует на человека. Не зря у некоторых народов есть поверья, что нельзя фотографироваться с людьми. Читал на «Ноже» интересную статью про это. 

Предупреждаем: видео содержит ненормативную лексику и не рекомендуется к просмотру лицам младше 18 лет.

Какими своими работами больше всего гордитесь?

Ещё нет такой. Мы будем гордиться той, которую мы полностью сделаем с нуля. Обычно люди гордятся работами, которые выносили в себе. Ну, документальный фильм про клуб Powerhouse, мне нравится. Который, кстати, сняли вместе с ТНТ MUSIC. Мы реализовали его в максимально свободной форме. Сделали интересные истории в стиле документалок издания Vox, это можно круто подать. Я кайфую, когда ты даёшь людям новый опыт, диджитальный.


Как ты пришёл в этот бизнес? С чего начинал, где обучался?

Изначально это всегда было хобби. Я всю свою жизнь был погружён в хип-хоп-культуру. В своё время делал музыку, писал быты в Logic Pro ― с 2010 года. Учился я в Высшей школе экономики. Мой первый бакалавр — мировая экономика и мировая политика. Опять же параллельно с этим мы начинали снимать первые видео себе и друзьям.

>>

После окончания университета я работал на всяких международных форумах, но потом в мои планы вмешалась политика. Я не захотел идти заниматься бюрократией, хотя международная деятельность мне всегда нравилась. В общем, я закончил магистратуру и решил пойти потом в киношколу. На тот момент я уже наснимал много клипов для артистов «Газгольдера» и музыкальных проектов Максима Фадеева. С Децлом плотно работал. Организовывал съёмки с 2014 по 2016-й. И всё потихоньку привело меня к тому, что в 2018 году мы открыли студию Post Tribe, делая акцент на графику. 

Насколько разделены доли доходов у компании, производящей видео? Между созданием клипов, рекламой и заказами на постпродакшен.

Я раньше пытался высчитать, но сейчас не хочу, потому что нет разницы. Систему, наверное, можно сделать, но мы всё-таки больше работаем так, как обычно растёт дерево. Вот есть солнце... На экваторе почему такие растения плосковатые и распластавшиеся? Потому что солнце падает под углом 90 градусов. Где чаще падает, туда и растёт. Вот у нас то же самое. 

Порой мы решаем для себя: «Всё, мы не снимаем клипы, делаем только рекламу и CGI-ролики». Потом приходит клип за 6 миллионов, а реклама за два… И ты такой: «Ну ладно, сниму клип». Бывает, что бюджет на рекламу: два миллиона, но снимаешь её за сто тысяч, а в клипе за шесть миллионов тратишь на производство пять или даже 5,6 миллионов. Всё так непредсказуемо, сложно и вариативно. 

​Фото: Евгений Гребенников
​Фото: Евгений Гребенников

В 2019 году у нас был стабильный доход. Мы делали для компании чёткое количество роликов, как на заводе. Все получали свои зарплаты и чётко шли в светлое будущее на рельсах мануфактуры видеопроизводства. А потом начался ковид… Но у нас там хотя бы были запасы, из-за чего мы пережили его в итоге легче. Вроде, наконец выстроили свою бизнес-модель, и тут через некоторое время всё переворачивается… И что делать?

Я как режиссёр вообще перестал снимать. Проекты приходят, но я дистанционно снимаю и готов сейчас только так. Пока вообще ничего не понятно. С кем-то общаюсь: у кого-то вообще ничего нет, а кто-то говорит, что новая соцсеть запускается, и у них всё есть. В одно время начали приходить странные запросы. Например, те продукты, которые никогда не приходили, ― реклама паллетов. В общем, сейчас точно не возьмусь ответить на вопрос, какие у нас доли.

Как ты оцениваешь нынешнюю ситуацию на мировом и российском видеорынке?

В России много талантливых людей. И операторы, и режиссёры и даже гаферы, которые свет таскают. Персонал очень квалифицированный! Но то, как наш рынок встроен в общую экономику — это ужасно, странно и нелогично. Ещё и рекламный бизнес ушёл, хоть я и не фанат его. Возможно, эта ситуация могла бы стать для нас возможностью, но это невозможно. Когда на одном рынке существуют одновременно рыночные и директивные механизмы, он не может работать нормально. Некоторые каналы получают условные миллиарды в год, на которые и делается контент.

Высокие рейтинги там, где наглые люди хотят сделать лучше других и захватить долю рынка, но в целом это очень тяжело осуществить при огромных монополистах.

Фото: соцсети
Фото: соцсети

Конкретно Post Tribe кризис коснулся?

Да, коснулся напрямую. У нас были заказы, связанные с компаниями, которые, вели деятельность в России. Например, из алкогольного и развлекательного сектора. Да даже та документалка про Powerhouse... Мы хотели снимать десять таких серий про разный движ в Москве.

Самое обидное, что у нас планировались клипы для Warner Music, но они ушли из России. Ещё мы сняли рекламу для одной международной сети общественного питания, которая тоже частично покинула рынок. Был риск, что мы не получим оплату, но они всё-таки оплатили. Кстати, вместе с ними сняли очень крутой клип Lil Xan и Imanbek ― надеюсь, когда-нибудь выйдет. У нас потери в бизнесе, а альтернативы неясные. У айтишников есть преференции, в отличие от моушн-дизайнеров и графиков. 

Мы диверсифицируемся и релоцируемся. Прибыль есть, но она не сумасшедшая. На грани баланса. Март у нас был минусовый месяц, в апреле мы более-менее вырываемся вперёд.

Предупреждаем: видео содержит сцены курения и не рекомендуется для лиц младше 18 лет. Просмотр ограничен на территори России.

Также клип можно посмотреть по ссылке.


А что значит «диверсифицироваться»? 

Это значит, что мы условно поменяли упор на постпродакшен. Делать больше той работы, которые ты делал раньше меньше. Найти какие-то новые точки роста, чтобы не закрыться. У нас работает много людей, над одним клипом трудится не только наш штат, а в целом человек сто. И у всех есть семьи. Мне не хотелось бы закрываться. В спокойное время люди бы просто уходили в другие места, а сейчас некоторым это будет тяжело сделать. Рынок схлопнулся значительно.

Рынок музыкальных клипов вообще вернулся в 2013 год, когда их снимали за 100 тысяч по-братски. Я прошёл это время, но с семьёй как-то не кайф возвращаться туда.


Всё-таки хочется сказать, что артисты в любом случае не перестанут писать музыку.

Никогда не перестанут, музыка ― древнее ремесло. Это вопрос бизнеса. Просто был же Цой, но у него не было стрима. Его слова передавались из уст в уста или через кассеты. Музыка никуда не уйдёт, вопрос: что с ней станет? 

Это если говорить о состоявшихся музыкантах. Сейчас же начнут появляться новые имена, и клипы они всё равно будут снимать. Скорее всего, это будет DIY-уровень?

Нужно время. Новые артисты будут снимать клипы, но меньше. Согласен, DIY-история. Будет, как в 2013 году.

Скажется ли текущая ситуация на ценообразовании вашей компании?

Конечно, скажется. Смотри, есть инфляция. Но помимо этого есть ещё и комиссия за оплату сервисов через другие карты ― это тоже плюс 10 процентов сразу. В целом поднимется всё на 30-40 процентов. Если раньше видеокарта стоила 100-200 тысяч, то сейчас она стоит миллион рублей. 

Предупреждаем: видео содержит сцены употребления алкогольных напитков и не рекомендуется к просмотру лицам младше 18 лет.

Где ты сейчас находишься?

Сейчас нигде не остановился ещё, я на пути. Поехал в Африку, а тут малярия и всякое такое ― нужно переждать некоторое время. Забавно, что я отправился сюда через Европу и для того, чтобы открыть банковские карты. У меня мать русская, а отец ― франкофон. Планировал эту поездку на май, но сделал это раньше. Подумал, что сейчас самое время. Тут, кстати, развивается программирование. У меня брат программист. Интересно наблюдать за этим.

Мне сообщили, что вы очень активно работаете в сфере NFT и метавселенных. Можешь расшифровать, как именно? 

О метавселенных я узнал в Лос-Анджелесе, в октябре. До этого я слышал о них только от знакомых-художников, которые выкладывали там что-то. То есть сам термин я узнал ещё в 2018 году, когда прогремел проект Decentraland [платформа в виртуальной реальности с земельными участками, недвижимостью и именами пользователей в виде NFT ― прим. ред.], а я занимался майнингом, потому что всегда интересовался компьютерной графикой и монтажом. 

И в том же 2018-м, в LA, я впервые сходил на выставки VR и XR [разновидности виртуальной реальности ― прим. редакции], надевал очки Google Glass, и тогда всё это выглядело не очень. В первый раз я ощутил крутость этих технологий буквально в октябре 2021 года. Я надел очки Quest 2 и понял, что графика не важна. Важно именно ощущение пространства. Один мой друг высказал прикольную концепцию: человек должен жить в идеальных, приятных климатических условиях, максимально не засоряя планету офисами и прочим хламом, и работать в этих очках. Реально, там можно воссоздать абсолютно любую модель чего-либо. Например, смоделировать урок химии, чтобы не покупать реагенты. Просто надеваешь очки, и там уже есть все прописанные исходы. Офисная работа, я уверен, должна завершиться с созданием VR- или AR-реальности. 

Банальный пример использования… У тебя потёк кран. Обычно ты вызываешь сантехника, он едет на машине и выделяет CO2. Чинит тебе этот кран, едет обратно… Очень много издержек. В очках же ты просто подключаешься к сантехнику напрямую, который видит твой кран и в реальном времени ведёт с тобой диалог, видя твоими глазами. Он даёт тебе как бы референсы, ты следуешь за голограммами гаечных ключей и повторяешь движения. Это уже сейчас можно делать! 

Вот недавно мы разбирали клип с арт-директорами: один в LA, другой в Турции, я в Африке. Теперь смысла в этих офисах вообще никакого нет. Новые миллиардеры будут из метавселенных, потому что у них колоссальные возможности для использования. Причём самое важное — баланс.

Не нужно уходить с головой в виртуальную реальность, как в «Матрице». Это не выход. Экзистенциально люди всегда будут людьми. Это просто метод улучшения и оптимизации. И что может предложить Post Tribe? Мы можем создать любое пространство и сделать дизайн. Это могут быть выставки, магазины, офис и так далее. Что угодно.

Пример работы Post Tribe в метавселенной

То есть вы уже берёте какие-то заказы в этой сфере?

Конечно. Сейчас мы делаем магазин ювелирки в метавселенной. Представьте, как круто! Заходишь туда, смотришь на браслет, меряешь его на руке, платишь биткоином, дальше тебе прилетает доставка. То же самое можно смоделировать с примеркой одежды. Пускай сейчас выглядит не настолько продвинуто, потому что идёт сбор данных. Искусственный интеллект научится, это неизбежно. Мир колоссально изменится.

По поводу NFT постоянно звучат самые разные претензии. Как-будто эти безумные деньги, которые тратятся на всякие картинки и мемы, берутся из воздуха. Да и сами покупки выглядят так, будто ты платишь ни за что. Ты приобрёл авторские права на цифровой источник изображения, потом его кто-то использовал без твоего разрешения, и ты никак не можешь юридически доказать их наличие у тебя. 

Честно говоря, я тоже подумал, что это какая-то финансовая пирамида. Цены были безумные: две тысячи долларов за какую-то картинку… Но потом я понял, почему это происходит. Представь, что ты начал майнить в 2009 году. Ценность того биткоина, который ты намайнил ― 9 долларов, а сейчас он стоит миллион долларов. Твои трудозатраты минимальные. Когда у тебя есть тысяча биткоинов, то купить картинку за 0,003 биткоина тебе ничего не стоит. 

Но серьёзная проблема майнинга в том, что он очень плохо влияет на экологию. Если почитать издание Bloomberg, то они говорят, что сейчас добыча биткоинов тратит энергии, как целая Дания. А человечество сильно волнуется о проблемах энергоресурсов.

Мы думали сделать NFT-проект с «Гринписом», но в итоге они нам отказали, потому что это оставляет большой углеродный след. Поэтому мы в Post Tribe решили перестать делать NFT ради NFT. Сейчас это должна быть не просто какая-то картинка, а высказывание или продажа чего-то реального: билетов или эмоций. Я считаю, обычная картинка не должна так дорого стоить.

Фото: VK
Фото: VK

Также использование NFT ведёт к спонсированию криминальных структур, которые этими покупками отмывают грязные деньги.

Да, такое есть. Но с помощью NFT тяжело отмыть миллиарды, я такого не представляю. 

Всё же основной прикол в том, что у тех, кто был в крипте с самого начала, трудозатраты по её получению ― ничто. Вот я скажу крамольную вещь, но в целом какая разница: размазать пиксели по экрану или взять реагенты из земли и нанести их на холст? Важно, как именно ты систематизируешь пиксели и мазки, чтобы создать картину. Почему «Мона Лиза» может столько стоить, а пиксели ― нет? Это больше вопрос не к NFT, а к искусству как таковому. Один мой хороший знакомый вообще говорит, что искусство в целом ― большой пузырь. Вопрос о завышенных ценах на определённые произведения искусства всегда ставился. Например, в Африке ценят совершенно другое искусство. Если им показать Кандинского, то к нему они будут относиться хуже, чем к другому виду искусству, и цена будет уже другой. То есть в целом всё зависит от кураторов и носителей идей. Это тема не про насущное и материальное.


Предлагаю перейти к теме онлайн-концертов, потому что как раз в рамках них Post Tribe использовал виртуальные технологии в проекте LIVE XR. Считаешь, что у онлайн-концертов всё-таки есть будущее?

Конечно. Джастин Бибер уже делал онлайн-концерты через технологию Unreal Engine. Кстати, и через метавселенные можно их проводить, что недавно и продемонстрировал Трэвис Скотт в игре Fortnite. Это прикольно. Сейчас только люди допрут до этого, и тогда VR-концерты будут иметь место.

Просмотр видео ограничен на территории России.

Просто сначала с приходом пандемии было ощущение бума, но потом онлайн-концерты резко надоели. 

Это было плохо сделано. То же, что смотреть чёрно-белые фильмы братьев Люмьер. На тот момент театр был гораздо круче кино, потому что какая-то плохо различимая ч/б-хрень с 16 кадрами в секунду и без звука не могла сравниться с ним. Поверь мне, пять лет ― и к онлайн-концертам будет отношение совсем другое: как к кинематографу уже в пятидесятых. В метавселенных уже сделали чувствительные перчатки. Ты можешь трогать объекты, чувствовать их и даже ощущать боль. Это поражает воображение. 

То есть это было первой пробой и заделом на будущее?

Да, это показало, что такое возможно. Одно дело ― смотреть с экрана лайв, хреново записанный и снятый на три камеры, а другое ― эффект присутствия. Концерты ― это чувства людей, атмосфера, свет и звук, разглядывание артиста, подпевание и целый опыт. Кто-то влюбляется, целуется, выпивает... Надо подождать.

Вот вы смотрели «Первому игроку приготовиться» Спилберга? Вот так всё и будет. Единственное, что мне не нравится там ― как показан реальный мир. Он омерзителен, и это бред. Как я говорил, надо наоборот развивать метавселенные, чтобы приносить минимальный вред окружающей среде. Странно говорить сейчас, что это не натурально ― человечество давным-давно выбрало путь развития. Сразу, как только создали первый станок Гутенберга для книгопечатания. А компьютер и сайт — это то же самое. Блин, да человек ― вообще самое ненатуральное существо на планете. Чтобы снова стать «натуральным», надо вернуться на 10 тысяч лет назад и выбирать немного другой путь ― как в «Аватаре», например. Синергия с природой и всё такое. Не знаю, это идти против прогресса.

Большинство людей, которые говорят про натуральность — лицемеры, которые сами же пользуются интернетом. Не надо бояться, это генезис-блок [первичный блок в блокчейн-системе криптовалюты ― прим. ред.]. Так устроено наше человеческое развитие. 

В тему:
«Бизнес - в рекламе, а тут - любовь»: интервью режиссёра Тимати, L'One и Sirotkin - Олега Трофим
Понравилась новость?
Расскажите друзьям:

Читайте также:

ЭКСКЛЮЗИВ ТНТ MUSIC: Лёша Свик о своей невесте и большой свадьбе

Первые подробности от артиста – в нашем интервью!

ЭКСКЛЮЗИВ: KARNA.VAL о новых песнях, будущем Hype House и смене имиджа

Наш сюжет со дня рождения продюсера звёздного TikTok-дома Заира Юсупова.